ЖЕРТВА БОГУ

----картинка линии разделения----

 

Жертва Богу дух сокрушен, сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит... 

Пророк (Царь) Давид 

 

 ----картинка линии разделения----

 

БОГ (Отец)

Бог (Отец)

----картинка линии разделения----

Даждь Ми, сыне, твое сердце (Притч. 23:26)

 

---картинка линии разделения текста---

 

Пророк (Царь) Давид

Пророк (Царь) Давид 

---картинка линии разделения---

Жертва Богу дух сокрушен... 

Господи, устне мои отверзеши, и уста моя возвестят хвалу Твою. Яко аще бы восхотел еси жертвы, дал бых убо: всесожжения не благоволиши. Жертва Богу дух сокрушен, сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит (Пс.50).

 

---картинка линии разделения текста---

 

Преподобный Симеон Новый Богослов

Преподобный Симеон Новый Богослов 

---картинка линии разделения---

Главная черта христианина есть смирение 

Итак, не требуется, чтоб человек взамен за душу свою дал что-либо другое, кроме познания себя, что он ничто. Только при этом способен он будет принесть Богу сердце сокрушенное и смиренное - единственную жертву, которую всякому благочестивому человеку пристойно приносить Богу. Этой одной жертвы Бог не уничижит, зная, что человек ничего не имеет собственного, что бы мог принесть Ему, как говорит и святой Давид: аще бы восхотел еси жертвы, дал бых убо, всесожжения не благоволиши. Жертва Богу дух сокрушен, сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит (Пс.50:18-19). Этою жертвою спасались, спасаются и будут спасаться все цари, вельможи, благородные, низкородные, мудрые, неученые, богатые, бедные, нищие, воры, обидчики, лихоимцы, развратники, убийцы и всякий род грешников. Глубина смирения - сей спасительной жертвы - должна быть измеряема мерою грехов, то есть по мере грехов, какие наделал человек, да будет у него и смирение с сокрушением. Но и самые праведники, и преподобные, и чистые сердцем, и все спасенные спасаются не иным чем, как этою жертвою. И милостыня, и вера, и удаление от мiра, и самый великий подвиг мученичества, и всякие другие жертвы возжигаются от воспламенения сей жертвы, то есть сокрушения сердечного. Это такая жертва, для которой нет греха, побеждающего человеколюбие Божие. Для сей единой жертвы (чтоб была и сохранялась) бывают болезни, скорби, тесноты, самое падение, страсти душевные и сопутствующие им страсти телесные - все для того, чтоб всяким богобоязненным приносима была Богу сия жертва. Кто стяжет сию жертву сокрушения со смирением, тому некуда пасть, потому что он имеет себя ниже всех. И Бог сошел на землю и смирил Себя даже до смерти не для чего другого, как для того, чтоб в верующих в Него созидать сердце сокрушенное и смиренное. 

Есть две жертвы, благоприятные Богу, без коих нет спасения 

Две есть жертвы, которые приемлет Бог и Отец Господа нашего Иисуса Христа и за которые милует и всякого человека в отдельности, и весь мир в совокупности, - из коих одна есть Сам Господь наш Иисус Христос, Сын Божий и Бог воплотившийся, а другая - сокрушенное и смиренное сердце каждого верующего в Него. Итак, пусть кто заберет все свое имущество и раздаст бедным, пусть постится, совершает бдения, спит на голой земле, творит молитвы день и ночь, а не взыщет от Бога стяжать себе сердце сокрушенное и смиренное (ибо всяк дар совершен, свыше есть, сходяй от Отца светов - Иак.1:17), никакой не получит такой пользы от трудов своих. Почему надлежит взыскать ту единую стезю, на которой стяжевается сердце сокрушенное и смиренное, ибо кто стяжет такое сердце, тот будет шествовать по земле, как бы шествовал горе - в царствии небесном. И в последний час смерти сокрушенные и смиренные сердцем получают удостоверение, что помилованы милостивым Богом, отходят радуясь и веселясь. Так велик сей ни с чем не сравнимый дар Божий. Он есть основание восхождения по лествице добродетелей и нисхождения дара чудотворений и знамений, - есть воскресение душ, бывающее еще в настоящей жизни, прежде общего воскресения тел, - есть избавление, для которого Бог и Отец дал Сына Своего, чтобы всякий верующий не погиб, а имел жизнь вечную и, имея сию вечную жизнь, знал единого истинного Бога, и Его же послал Он, Иисуса Христа (Ин.17:3).

 

 ---картинка линии разделения текста---

 

Преподобный Максим Исповедник

Преподобный Максим Исповедник 

Жертвами духовными признаем не только умерщвление страстей, закалаемых «мечем духовным, иже есть глагол Божий» (Еф.6:17), но и всех естественных сил посвящение Богу и огнем благодати Духа принесение их во всесожжение Богу. 

 

 ----картинка линии разделения----

 

СВЯТИТЕЛЬ ИОАНН МИТРОПОЛИТ ТОБОЛЬСКИЙ

Святитель Иоанн Тобольский (Максимович) 

----картинка линии разделения----

Отдай всего себя Богу

Приношение нашей воли в жертву Богу будет Ему приятно только при таком условии, когда приносящий эту жертву пребывает в благодати Божьей, т.е. ведет жизнь, по возможности, безгрешную, исправляя ее всегдашним покаянием. Святой Василий, объясняя слова Псалма 28:1,2: «Воздайте Господу, сыны Божии, воздайте Господу славу и честь, воздайте Господу славу имени Его...» (т.е. сыны по благодати Божьей) (Пс. 28:1,2), говорит: «Прежде чем станешь совершать свое жертвоприношение пред Богом, прилежно испытай сам себя — принадлежишь ли ты к благодатным сынам Божиим?» — И, если ты действительно сын благодати, приноси твой дар к алтарю, в таком только случае, жертва твоя будет благоприятна Богу, и сердечно жалей, если совесть твоя уличает тебя в грехе и приложи все старание и твердую решимость остерегаться грехопадения, которым отнимается от тебя милость Божья, и тем испросишь себе прощение у Бога. «Сердца сокрушенного и смиренного Ты не презришь, Боже»(Пс. 50:19). По выражению стихотворца, «ничего я не желал бы, как только иметь возможность отдать всего себя Тому, у Кого нахожусь я в неоплатном долгу, и сделаться таким образом Божьим добровольным пленником у Господа».

Святой Августин дает всем наставление, говоря: «Несомненно веруй в Бога и всего себя Ему отдай, на сколько возможность твоя позволяет это тебе. Не желай никогда принадлежать самому себе и неограниченно пользоваться самовластием, но признавай себя рабом милосердного и благого Господа. Этим обращением к Господу ты сделаешься приятным Ему, и Он не перестанет приближать тебя к Себе, и не попустит приключиться тебе ничему злому, или горькому для тебя, кроме того, что необходимо для твоей же пользы, хотя о полезности сей ты и не подозреваешь». Это же самое наставление и в другом месте подтверждает Августин, говоря: "Ничего не можем же принести Господу, как только сердечное повторение слов пророка Исаии: "господствуй над нами, о Боже!""  

Некоторые жертвуют в святые храмы воск для свечей или елей для зажигания лампад, но и это — денежный обет, а потому он и недостаточен и не составляет особенной добродетели. Иные обещают перед Богом воздерживаться от употребления вина, тем более — от пьянства, а иные раздают щедрое подаяние убогим, неимущим. Это действительно — многоценное пожертвование, но не превосходящее других обетов. Ибо чем тебе помогут бедные относительно спасения души твоей? Бог не поставил своею целью твое подаяние, но Его цель искупить душу твою, отклонить ее от злодеяний, искупить от них, и обратить на путь добродетели. Итак принеси Ему в дар то, что Он искупил — то есть душу твою принеси Ему! Если спросишь меня: как принести мне свою душу, пребывающую в Его власти? Слушай: принеси душу свою, т.е. самого себя, в своем добронравии, в мыслях своих чистых, в своих добрых делах. Так были принесены Богу Анной пророчицей сын ее Самуил, Пресвятой Девой — Христос Господь. Своими родителями были принесены Богу Иоанн Креститель, Григорий Назиансин и другие, и достигли они возраста славных знаменитых мужей. Если же столь полезно посвящение Богу других людей, то во сколько раз полезнее тебе посвятить самого себя Господу? Царь Давид в совершенстве исполнил это, предавая себя Богу на служение словами молитвы: «Я усердно принесу Тебе жертву, прославлю имя Твое, Господи, ибо оно благо» (Пс. 53:8).

И нам самим весьма приятно, если кто сам добровольно готов нам услужить. Некогда знаменитому Сократу многие почитатели его приносили много драгоценных подарков от изобилия своих богатств. Один из его последователей (учеников) Эсхин, весьма бедный, придя к нему, сказал: «Я ничего не имею, чтобы мог принести тебе в дар, достойный тебя, и этим самим сознаю себя нищим, одно, что имею, это — я сам, самого себя посвящаю тебе на служение. Каков бы ни был сей мой дар, но ты рассуди, что другие приносят тебе подарки от избытков своих, себе же оставили еще больше, я же все тебе отдаю, да будет же приятно мое приношение!» «Действительно, величайший и драгоценный подарок принес ты мне, — отвечал ему Сократ. — Разве сам себя считаешь ты малоценным? Но я постараюсь употребить все возможное, чтобы возвратить тебе тебя же самому гораздо лучшим, чем принимаю тебя». Эсхин превзошел, таким образом, своим сердечным приношением Сократу самого Алкивиада, имевшего равное Эсхину сердце по его талантам, и превзошел все обильнейшие дары богатых юношей. Достойно    обратить нам на это свое внимание: как может здравый и рассудительный ум в самом крайнем убожестве изобрести величайшее изобилие! Ценится предмет не по тому, что он стоит на рынке, но по тому, с каким усердием, с какой охотной волей приносится он в дар.

Тот величайшую приносит жертву Богу, правильнее сказать, все приносит в жертву, кто приносит Ему ежедневно всю свою волю (т.е. покоряет ее) Божественной воле, и кто поступает так каждый день не один раз, не дважды, но многократно (сколько раз потребуется по обстоятельствам). В особенности следует это делать тогда, когда видишь себя обуреваемым различными искушениями: несчастьями, когда ты в величайшей беде, или же, когда все сбывается по твоему желанию, тогда преимущественно должно обращаться к Богу молитвенно, говоря: «О Господи, Боже мой, я приношу всего себя в жертву Тебе, да будет надо мной Твое благоволение: да будет воля Твоя!» Эта жертва Богу подаст нам в наших злоключениях — терпение, в нашем счастье и утехах — целомудрие и умеренность. Эта жертва, при злобных нападениях на нас, умеряет нашу печаль и удерживает наши уста от неприличных нареканий на Бога, удаляет от нас нетерпеливость. Она же умножает воздаяние за добрые дела и более всего привлекает к нам милосердие Божье. Словом, это — непобедимый щит наш против всех бед, напастей и искушений.   

Да будет воля Бога нашего в нас!

Некто из церковных учителей, предлагая всем предание себя в Его святую волю, рассуждает так: «Я не имею ничего больше, как только две мелкие монеты (пенязя), то есть: тело и душу, или говоря точнее, имею только одну монету — волю мою. И не отдам ли ее в распоряжение Того, Который меня, столь ничтожного, обогатил столь великими благодеяниями, что Он ценой своей земной жизни, своих страданий предварительно искупил меня из греховного пленения? Если же я не захотел бы подчинить всего себя Его святейшей воле и ее распоряжениям уже после своего искупления Им, то с какими глазами, сердцем и совестью предстану я пред милосердное лицо Бога нашего?» Святой Иоанн Златоуст, говоря о каждодневном жертвоприношении святого апостола Павла самого себя в жертву Богу (чрез те труды и страдания, которые переносил он ради евангельской проповеди), сказал: «Авель принес жертву, которая была приятнее Богу Каиновой жертвы, но если сравним Павлову жертву с Авелевой, то Павлова жертва будет столь выше и честнее Авелевой, сколь сравнительно далеко небо от земли. Ибо Павел приносил Богу в жертву не овец и тельцов, но жертвовал самого себя каждый день многократно. И этого еще было ему недостаточно — тщательно старался вместе с собой и весь мир посвятить Богу».

Во времена Диоклитиана благочестиво жили на востоке пресвитер Епиктет и монах Астион (память их 7(20) июля) и, во время гонений на христиан, были схвачены и заключены в тюрьму Латронианом, Алмириссийским князем. Тогда Епиктет сказал Астиону: «Возлюбленный Астион! когда завтра приведут нас к судье, и он спросит нас о имени, отечестве и родителях, то одно ответим: «Мы христиане, это имя наше — род и отечество». Если Богу угодно будет, чтобы мы пострадали за Христа, то при налагаемых на нас мучениях не станем представлять мучителям ничего о себе другого, кроме как будем молиться Богу, говоря одно это: «Господи Иисусе, Твоя в нас да будет воля»».На другой день утром среди города устроено было общенародное судилище, на котором поставлены были оговоренные в христианстве Епиктет и Астион. Судья, сев на свое кресло в присутствии народа, спросил подсудимых: «Откуда вы родом, как вас зовут по имени и отечеству?» Епиктет отвечает на сделанный вопрос: «Мы — христиане и рождены от христианских родителей». «Не об этом спрашиваю вас, — возразил Латрониан, — скажите ваши имена, я уже знаю ваше вероучение». Опять святые мученики отвечают ему: «Мы — христиане: Единому Господу нашему Иисусу Христу поклоняемся, а идолов гнушаемся». Услышав это князь (судья), весьма рассердился и повелел обнажить их и бить без милосердия в продолжении долгого времени. Мученики, обагряемые кровью от бесчисленных причиняемых биением им ран, возводили очи на небо и громко молились: «Господи Иисусе Христе Боже наш! да будет воля Твоя с нами!» При этом Латрониан язвительно смеялся и укорял святых мучеников, говоря: «Где ваш заступник, у которого вы просите помощи, пусть он придет теперь на помощь вам и возьмет вас из рук моих». Святые же мученики опять воззвали: «Мы — христиане, да будет воля Бога нашего в нас». Этим еще более разъярился мучитель и повелел повесить их тут же и строгать их тела немилосердно железными когтями. Однако ж, и теперь мучитель не исторг из уст мучеников других слов, кроме прежних: «Мы — христиане, о мучителю Латроне, пусть совершится в нас воля Бога нашего». Судья же, считая за бесчестие себе быть побежденным мучениками, повелел опалять их зажженными факелами. Но и при этом ничего другого не услышал от них, кроме слов: «Мы — христиане, пусть будет в нас воля Господа Бога нашего».  

Затем, претерпев такие мучения, святые были отведены в темницу. При этом плачевном зрелище был некто из язычников, по имени Вигилантий. Он сидел близко от судьи и, слыша часто повторяемые святыми мучениками слова: «Мы — христиане, да будет в нас воля Господа Бога нашего», и, размышляя в себе, пришел к такому заключению, что в означенных словах заключается дивная, непонятная сила, облегчающая или совсем уничтожающая всякую боль, производимую величайшими мучениями, и не попускающая ощущать мучительного их действия. Он стал те же самые слова непрестанно иметь в своем уме и памяти, и постоянно повторять их, как всесильное охранительное средство против всякого вреда и всякой нужды: ходил ли он где либо, был ли дома, ложась спать и вставая от сна, не имел ничего другого в памяти, кроме сих слов: «Мы — христиане, да будет в нас воля Бога нашего». Три дня провел Вигилантий в этом упражнении при помощи Божьей. На четвертый день, он, побуждаемый невидимой Божественной силой, начал и перед всеми громко говорить: «Я — христианин (как бы обращаясь к судье), о мучитель Латрониан, да будет в нас воля Бога нашего». Затем пошел он в ту тюрьму, где были заключены святые христианские мученики, где и принял Святое Крещение со всеми своими домашними (вероятно от Епиктета мученика). Впоследствии же, когда святым мученикам отсечены были головы за исповедание Христа, он, в благодарность своим наставникам во Христе, предал с честью погребению их страдальческие тела.   

Но обратимся к повествованию о страдании Епиктета и Астиона. Они, на другой день после первого их допроса судьей Латронианом, были по его же повелению приведены в народное собрание для дальнейшего их испытания. Судья, приняв теперь манеры лисицы, с хитрой лаской спросил святых мучеников: «Ну что! Вы почитаете народных богов наших, или и теперь еще остаетесь при своем неразумии»? На этот вопрос ответил святой Епиктет: «Напрасно ты, Латриан, трудишься, мы адских страшилищ не почитаем. Ты скорее можешь лишить нас здоровья и жизни, чем исповедания Христа, Бога нашего. Тысячу раз мы говорили и не перестанем во всеуслышание возглашать: Мы — христиане, и да будет в нас воля Бога нашего». При этих словах мучитель вскипел гневом, и, рыкая подобно льву, вскрикнул на своих рабов: «Подать сюда сию же минуту самого крепкого уксуса и соли! Пусть вспомнят эти нечестивцы, что они имеют уже раны, а вы не щадите своих трудов, натирайте их израненные члены покрепче уксусом и солью». При всем этом святые мученики не произнесли ни одного слова, противного своему вероисповеданию: «Мы — христиане; да будет в нас воля Божья».   

После всех мучений, оставаясь невредимыми, они опять заключены были в темницу, но по истечении тридцати дней их вновь представили на суд совершенно здоровыми. Теперь мучители сокрушали им уста и зубы камнями и жестоко били батогами, они же все равно одно и то же всенародно возглашали: «Господи Боже наш, будь святая воля Твоя в нас»! Это продолжалось многократно, пока, наконец, не был произнесен смертный приговор, осуждающий их на смертную казнь через отсечение головы. Быв ведены на место казни вне города, святые мученики взаимно укрепляли друг друга терпением и великодушно восхваляли Господа, возглашая: «Хвалите имя Господне за то, что сбылась на нас воля Божественная», а достигши места казни, воспели песнь святых трех отроков: «Благословен Ты, Господи Боже отцов наших, хвально и прославлено имя Твое вовеки. Ибо, праведен Ты во всем, что сделал с нами, и все дела Твои истинны и пути Твои правы, и... суды Твои истинны» (Дан. 3:26-27). «Благодарим Тебя, что не воля человека, но Твоя воля во всем совершилась в нас». И в то мгновение, когда им предстояло быть казненными, возник между ними похвальный спор о преимуществе и чести в том, кому из них первому наклонить свою голову под меч: Епиктет был уже сединами украшенный старик, лет шестидесяти, изъявил свое согласие, чтобы предпослать к Богу Астиона, а потом и самому склонить голову под меч. Ни мало не прекословя, Астион возгласил: «О возлюбленный отец, честный иерей (священник) Божий, пусть будет воля Божья и твоя» и с этими словами наклонил свою голову под меч. Святой же Епиктет упал на тело ученика своего, и, с любовью обняв и поцеловав его, затем охотно склонил и свою голову под меч. Таким образом оба богоугодно скончались.   

Предание себя воле Божией — лучше жертвоприношений

Вот два зеркала (т.е. святые Епиктет и Астион), в которых отчетливо отразилось благочестивое согласие человеческой воли с Божественной при трудных обстоятельствах. Это — примеры достойные подражания для каждого человека-христианина при находящих на него искушениях впасть в противоречие с Божественной волей. В таких случаях каждый укрепляй себя краткой, но беспрестанной молитвой: «Я христианин, да будет во мне воля Божья (а не моя воля); хотя это искушение неудобное для перенесения и трудное для меня, но да будет во мне воля Божья, хотя я и не предвидел и не ждал такой печали, но буди воля Божья; хотя этот человек по злому умыслу причинил мне зло, будь воля Божья во мне». Сильный вождь Израильский Ииуй написал письма к Самарийским начальникам и старейшинам города и послал в город Самарию для исполнения по ним. Они же, не делая ни малейшего промедления, избрали мужей и послали их к Ииую с таким ответом: «мы рабы твои, и что скажешь нам, то и сделаем» (4 Цар. 10:5).

О, как Бог часто многократно и многообразно изъявляет нам Свою волю в Священном Писании для исполнения ее, чтобы мы поступали согласно ей! И мы обязаны добровольно следовать воле Божьей, повторяя выше приведенные слова: «Мы рабы Твои, и что скажешь нам, то и сделаем», и что Тебе угодно, то и сделай с нами. Поэтому святой Антоний Великий, часто повторял: «Если мы всегда и все дела наши будем предоставлять в руки Божьи, то ни один демон (злой дух) не в состоянии будет вступить в единоборство с нами».

Илия Фесвитянин имел однажды спор с жрецами Вааловыми о том, он ли почитает и поклоняется истинному Богу или они? Для верного решения этого спора Илия и спорящие с ним жрецы условились, чтобы тот остался победителем в этом споре, на чью жертву падет огонь с неба и сожжет ее. И вот Вааловы жрецы приготовили свою жертву для всесожжения и призывали имя Ваала от утра до полудня, говоря: «Ваале, услышь нас!» Но не было ни голоса, ни ответа, и скакали они у сделанного жертвенника по своему обряду. В полдень Илия стал смеяться над ними, говоря: «Кричите громче, ибо бог ваш может быть задумался, или занят чем либо, и в дороге, а может быть и спит, так он проснется». И они кричали громче и кололи себя ножами и копьями до крови, но все было тщетно. Прошел уже и полдень, а они все бесновались до самого вечера без всякого успеха. Тогда Илия сказал им: «Отойдите в сторону, чтоб я совершил мое жертвоприношение всенародно». Он устроил из 12 камней (по числу колен Израиля) жертвенник, положил на него дрова и рассеченного тельца возложил на дрова и повелел все приготовленное им обильно полить водой. Сам между тем от всего сердца громогласно воззвал к Богу: «Господи, Боже Авраамов, Исааков и Израилев! [Услышь меня, Господи, услышь меня ныне в огне!] Да познают в сей день [эти люди], что Ты один Бог в Израиле, и что я раб Твой и сделал всё по слову Твоему. Услышь меня, Господи, услышь меня! Да познает народ сей, что Ты, Господи, Бог, и Ты обратишь сердце их к Тебе» (3 Цар. 18:36-37). И — о чудо! Внезапно ниспал огонь Господень на жертву и все сжигаемое попалил. Сколь много бывает у христиан трудов и утомления, плачевных воззваний и наружного усердного страдания во время совершения наших молитвенных церковных обрядов и Богослужений? Утончают тела свои постом, прилежно посещают храмы, и совершают другие подвиги — и это не худо. Но часто при этом не исходит к нам огонь небесный, не делаемся мы пылающими истинным благоговением к исполнению воли Божественной и к тщательному избежанию противоречия между нашей волей, нашими желаниями с одной стороны и волей Божьей с другой. Редко когда, и то не от сердца, а так, без внимания, произносим: «Буди воля Твоя, Господи, буди». Часто бывает, что мы и жертвуем то тем, то другим во славу Божью, и приглашаем других к тому, но все это мало приносит истинной пользы, потому что, принося в жертву Богу свое внешнее, не приносим Ему в жертву своей воли и своих пожеланий не подчиняем Его святой воле, и даже не заботимся об этом.   

Два человека просили некогда святого Макария, чтобы он научил их молиться Богу. В ответ на их просьбу Макарий им сказал: «В молитве своей не много говорите, но часто, подняв руки к небу скажите чистосердечно: «Господи Боже, как ты желаешь и как Тебе угодно — пусть так и будет», ибо Он сам лучше нас знает, что вам в известном деле полезнее». Это — отличнейшее наставление о том, как должно молиться; таким же образом молился и преподобный Пахомий — он об одном просил Бога, именно о том, чтобы во всем исполнялась воля Божья.

Безусловное предание себя в волю Божью, есть благоприятнейшее жертвоприношение

Такое безусловное предание себя в волю Божью есть наибольшее и благоприятнейшее Богу жертвоприношение от нас, ибо в других своих приношениях человек жертвует только отчасти, или через воздержание от пищи и питья, или имуществом на благотворительные дела, или терпением в перенесении обид. Напротив — в безусловном предании себя воле Божьей, он совершенно всего себя предает Богу, чтобы Он был полным властителем как над ним лично, так и над всем тем, что он имеет, без всякого исключения и малейшего предмета, зависящего от его собственной воли. А потому полная преданность воле Божьей находится в таком отношении по своему различию к жертвам первого вида, в каком состоит целый предмет от какой либо его части. Предлагаю здесь для наставления два замечания, достойные всегдашней памяти:  

1. Когда ты предашь Господу, Его Божественной воле, всего себя совершенно и безусловно, и свою собственную волю приносишь в жертву Богу, как зарезанная овца, то, умоляю тебя, никогда впоследствии о сем не раскаивайся: будешь ли потом жить хорошо или дурно, и не печалься о данном тобой Богу обещании. Тебе известно обыкновение маленьких детей: они, быв раз обижены близким для них лицом, говорят оскорбителю: «Я — не твой, не хочу быть твоим, я свой»! Хотя за несколько минут перед этим на вопрос «Чей ты»? отвечали: «Я — твой». Но что-нибудь сделано не по их желанию, и они уже отказывают в принадлежности своей оскорбителю их, изменяют свои слова и свою любовь к нему. Умоляю тебя, христианская душа, не уподобляйся описанному выше детскому обычаю, не поступай подобно ребенку перед Богом в том случае, если Бог попустит наказать тебя розгой, или плеткой, и если Он даже попустит предать тебя на мучения огненные, сокрушая тебя многоразличными скорбями и напастями. Но беспрестанно взывай к Нему в сокрушении своего сердца: Господи, помилуй меня: я — Твой, о Боже! Твой! Да будет воля Твоя во мне и надо мной.   

2. Опять же, когда ты, впав в какой либо тяжкий грех, например, пьянства, осуждения или похоти плотской, будешь спрошен: «Кому принадлежат те члены твоего тела, которыми совершил ты тяжкий грех — не жертву ли Богу они были принесены не один раз, но сто, тысячу раз»? Теперь же ты делаешь их орудиями тяжких грехов: пьянства, злословия, плотского непотребства для оскорбления, и презрения и обид, наносимых ими как Богу так и своим ближним, а более и самому себе по своему безумию и заглушению собственной совести. Осмотрись, человек, что ты делаешь? Ты потерял и веру и совесть; твой язык, твои очи, руки и все твое тело преданы тобой безчисленное количество раз на служение Богу, теперь своими делами предаешь ты их демону (злому духу). Смотри, что ты делаешь? — Подвергаешь себя величайшей опасности, вечной погибели, но знай, что Бог поругаем (пренебрегаем) не бывает:«Что посеет человек, то и пожнет» (Гал. 6:7). И, если не хочешь быть окончательно оставленным Богом, опять покорись, пока не постигла тебя конечная кара, Его Божественной воле, исполняя все то, что закон или Божественное откровение повелевает.

Все блаженство Израильтян состояло в том, чтобы следовать Божьему руководству на пути в землю обетованную. Это направление было им указываемо во время всего их похода, облаком и огнем. Точно таким же образом и наше вечное спасение состоит в том, чтобы мы совершали земное прохождение нашей жизни неизменно по указаниям огненного закона любви и осеняемые благодатным облаком Божьего промысла о Своей Церкви — и о каждом из нас особо до тех пор, пока, совершив богоугодно свой путь, не войдем в землю с «молоком и медом» (Втор. 31:20) т.е. в вечное Царство Божье. Следовательно верен и праведен путь следовать воле Божьей. Он неизменно приведет нас в Царство любви Божьей к человечеству.

 

 ----картинка линии разделения----

 

Преподобный Иоанн Кронштадский

Преподобный Иоанн Кронштадский 

----картинка линии разделения----

Принеси Богу в жертву сердце свое, отдай его всецело Вседержителю

Сохрани тебя Бог от того, чтобы пожалеть вещественного твоего достояния в жертву Господу, или Пречистой Его Матери, или другим святым Божиим и таким образом предпочесть вещество духу, смотри, чтобы достояние твое не было тебе в погибель. Ты должен твердо верить, что вместо тленных благ Господь или святые Его воздадут тебе нетленными, вместо временных – вечными, и считать блага духовные, например, свет духовный, прощение грехов, дар веры живой, надежды крепкой и любви нелицемерной, мира и радости в Духе Святом, бесконечно выше вещественных даров. С радостью расточай стяжания свои в жертву Господу и святым Его; если через чьи-либо руки пересылаешь их, верь, что они дойдут по принадлежности, и если люди утаят жертву Господню, взыскуя взыщет с них Господь Бог твой, и ни единая лепта твоя не пропадет туне, но принесет тебе соразмерный вере и расположению сердца твоего дар от Господа, Который есть Бог дарований, особенно для тех, кто приносит Ему в дар сердечные дары свои.

Принеси Богу в жертву сердце свое, отдай его всецело Вседержителю, отвергнись себя, всех греховных движений: злобы, ненависти, гордости, непокорности и своеволия, зависти, недоброжелательства, злорадства, скупости, сребролюбия, чревоугодия, блудной нечистоты, татьбы, обмана, лености и проч. – и непрестанно принуждая себя к благости, когда нас озлобляют, оскорбляют, к молитве за врагов, кротости, смирению, незлобию, искреннему доброжелательству, щедрости, нестяжанию, воздержанию, целомудрию, милостыне, подаянию, истине и праведности, трудолюбию, послушанию и проч. Трудно побороть страсти, сделавшиеся как бы природными членами нашими («умертвите земные члены ваши» – Кол. 3:5), но при внимании непрестанном к самому себе и при усердной непрестанной молитве с воздержанием, с помощью Божией возможно побороть и искоренить их

 

----картинка линии разделения----

comintour.net
stroidom-shop.ru
obystroy.com