СМИРЕНИЯ РАДИ

----картинка линии разделения----

 

Кто через смирение всего себя предал Богу, за того во всем действует Сам Бог. Ради его <смирения> все простит Бог и все недостатки подвигов не взыщет, а без него никакие строгости не помогут. 

Святитель Феофан Затворник

 

 ----картинка линии разделения----

 

Святой Макарий Великий

Святой Макарий Великий

----картинка линии разделения----

Ради тебя Бог смирил Себя, а ты и ради себя не смиряешься, но превозносишься и кичишься.

 

 ----картинка линии разделения----

 

Преподобный Исаак Сирин

 Преподобный Исаак Сирин 

----картинка линии разделения----

Будь нищ ради смирения, и не будь богат ради бесстыдства.

 

 ----картинка линии разделения----

 

Священноинок Дорофей

Священноинок Дорофей 

----картинка линии разделения----

Ради этого великого дела, ради пути отеческого смирения…

О, жестока любовь к миру сему, ибо угашает любовь к Богу. Сладость мира сего угашает сладость Божию – духовную и молитвенную. Радость мира сего угашает радость грядущую. Украшения и удобства мира сего угашают и отстраняют красоту и покой будущего века, противостоя друг другу. Разве стоит отпадать от Славы Божией и Царства Небесного, променивая спасение свое на тленные вещи? Нет, постараемся и побудим себя всем тленным пренебречь. И тогда придем к совершенству и спасемся. Богу нашему слава всегда была, и ныне, и присно, и во веки веков. 

Молитва отрешает от всех помышлений настолько, что все мирское кажется прахом и пеплом. Когда вкусит душа сладости молитвы, тогда жизнь свою тленную начинает презирать человек. Не желает ни красот, ни наслаждений. Забывает и самого себя и всех, живущих на земле. Когда действием духовным потечет молитва Иисусова в душе, уме и сердце человека, тогда, подобно Божеству, с ним пребывает постоянно, непостижимым соединением, течением своим напояя его лучом небесного Света. И когда ум его сподобляется почувствовать эту радость и славу грядущего блаженства, тогда и себя забывает человек, презирает и жизнь свою, и все земное, как вкратце говорил и раньше. И не принимает после этого стремлений ни к чему мирскому и никаких желаний. Поскольку неожиданно радость загорается в нем и сладость неумолкающая, заменяя пищу языку его и утробе. Ибо постоянно вскипает из его сердца радость и некая сладость. И всего целиком вдруг охватывает человека на время, и какое-то время пребывает в избытке. Наполняет все тело его некая духовная пища, аасамна, и радость светозарная. И языком телесным невозможно это выразить и передать. И, помня об этом, всё в нынешнем веке считает человек пеплом и землею, прахом и сором. И когда находит на человека эта радость и пища, властно наполняя всё тело его, тогда Царство Небесное представляется ему не иным чем, как именно этим. 

Многие из древних святых отцов были совершителями и учителями такой жизни, назидали друг друга, укрепляли, возводили от силы в силу, могли рассказать и выслушать. А ныне, в последние времена, когда великие эти вещи крайне оскудели, отеческий путь спасения и подлинного смирения зарос окончательно. И вместо этого иноки придерживаются своей воли, трижды окаянной, и самоуправства, а не отеческого благочестия. И кто в нынешние последние времена обнаружит старание и усердие ради этого великого дела, ради пути отеческого смирения, ради святого и спасительного отеческого благочестия и дела Божьего, тому человеку, из нынешних последних поколений, благодать Божия, тем более, окажет помощь, укрепит, вразумит и просветит его. Мил и приятен бывает Богу такой человек, углубляющийся в дело Божие с усердием. Поскольку молитвенное воздыхание от чистого сердца со смиренномудрием и милосердием, с любовью и правдою, как благоухание от кадила, восходит к Богу приятной жертвой. 

Поэтому следует нам все занятия считать второстепенными, а дело воистину спасительное и святое – непрестанную молитву Иисусову – иметь вместо всех дел, если только мы не под началом. В первую очередь следует нам совершать ежедневное установленное правило, понуждая себя усиленно к молитве. А остальное время проводить в молитве сверх правила. Когда же устанем, стоя на молитве, тогда следует взяться за рукоделие. И за рукоделием отдохнуть немного и посидеть, но чтобы не охватили нас ни дремота, ни сон. А если ночью нас, стоящих на молитве, охватят сон, дремота или забытье, и веки отяжелеют, тогда бодрствовать при свете и не опускать голову вниз, к земле, а смотреть, не уклоняясь, на иконы. 

А сохранение чрева от яств, то есть пост и воздержание, придает телу бодрость и легкость, чтобы, не засыпая, стоять на молитве, и совершать прочие добродетели. Постящийся и воздерживающийся человек, как парящий орел, и плоти не ощущает. Умеренный пост и воздержание – начало и основание всех добродетелей. А объедение, удобства и себялюбие – царицы и родительницы всех страстей. А царь страстей – беззаконие и неведение Бога. 

Обуздание языка освобождает человека от всех страстей этих: клеветы, помрачения, лжи, насмешничанья, празднословия, черствости, окаменения сердечного, уныния, тщеславия, разглашения своих подвигов, губительного для всех добродетелей, нарушения безмолвия и позорного многословия. Молчаливый человек и бесам страшен. Поскольку неизвестны бесам сердечные тайны достигших совершенства, если уста их безмолвны. А любящий многословие не избежит греха. 

И поэтому пустыня – благо. Поскольку пустыня – мать безмолвия, кротости и молитвы, прочих добродетелей и совершенства. И спасения, и праведности. Ибо пустыня – для непрестанной молитвы Иисусовой и прочих молений. А молитва непрестанная – для пустыни. Они твердо друг на друга опираются. Пустыня безмолвная – освобождение от всех страстей, ходатай вечных благ и сияющий венец для усердных подвижников. Если на одну чашу весов положить все дела духовной жизни, а на другую – молчание и безмолвие пустыннического жития, увидишь, что последнее перевесит. Поскольку ничто из суетного мира сего не соблазняет в безмолвной пустыне. Ничто не препятствует, ничто не удерживает от спасительных дел. Только шесть видов оружия остаются у бесов, чтобы усиленно одолевать нас в пустыне, как говорил и раньше. Это дремота и сон, уныние, лень, тяготы, ужасы и отчаяние. А победивший эти страсти – пребывает впредь, словно в тихой гавани, без штормового ветра и свирепых волн, смятений нынешнего века. Тихо, без волнений, шума и труда, спасается человек в пустыне. В миру же у бесов видов оружия против нас находится иногда до пятидесяти и больше. 

 

 ----картинка линии разделения----

 

Преподобные Варсонуфий и Иоанн Пророк

Преподобные Варсонуфий и Иоанн Пророк

----картинка линии разделения----

Полезнее со смирением вопрошать, нежели идти со своеволием, ибоСам Господь влагает в уста вопрошаемого, что сказать, ради смирения и правоты сердца вопрошающего.

 

 ----картинка линии разделения----

 

Святитель Феофан Затворник

 Святитель Феофан Затворник

----картинка линии разделения----

Кто через смирение всего себя предал Богу, за того во всем действует Сам Бог

Кто через смирение всего себя предал Богу, за того во всем действует Сам Бог. Ради его <смирения> все простит Бог и все недостатки подвигов не взыщет, а без него никакие строгости не помогут.

Трудно победить того, кто облечен смирением.

 

 ----картинка линии разделения----

 

Преподобный Макарий Оптинский

Преподобный Макарий Оптинский

----картинка линии разделения----

Преднамеренный грех ради смирения – безумие

Ты ошиблась, написала: для покаяния и смирения надобно впасть в какие-нибудь грехи. Бывают такие случаи, но смотрительные, а не намеренные, а кто намеренно поползается в надежде покаяния, «сей коварно ходит пред Богом» и прочее, пишет св. Исаак (Слово 90).

 

 

«Ради великого его смирения Я простил его грех!»

В одном городе был епископ, который, по диавольскому наущению, впал как-то в смертный грех. Горько раскаявшись в своем падении, епископ, чтобы получить прощение, поступил следующим образом. Когда в церковь собралось множество народа, он вышел на середину храма и перед всеми открыто исповедовал свой грех. После этого, считая себя, по глубокому смирению, недостойным святительского сана, он снял с себя омофор, положил его на престол и сказал народу: «Простите меня, братие, теперь я уже больше не могу быть у вас епископом». Видя великое смирение и сокрушение своего пастыря, все, кто был в храме, с плачем воскликнули: «Пусть грех твой на нас ляжет, отче, только не лишай нас своего пастырства». Долго они умоляли епископа остаться с ними. Уступая, с одной стороны, молению своей паствы, а с другой, желая чем-либо искупить свой грех перед Богом, епископ, наконец, воскликнул: «Ну, если уж непременно хотите, чтобы я остался у вас, то я сделаю это, но только при одном условии: если вы дадите мне слово беспрекословно исполнить то, что я сейчас повелю вам». Все дали слово. Тогда епископ приказал запереть церковные двери и сказал: «Знайте же теперь, что тот из вас не будет иметь части у Бога, кто сейчас не попрет меня своими ногами». И с этими словами простерся ниц на земле. Все ужаснулись, но, не смея нарушить данного слова и боясь прещения епископа, стали проходить через него. И что же? Когда переступил через него последний человек из тех, кто был в церкви, голос с неба сказал: «Ради великого его смирения Я простил его грех!» Все услышали этот голос и прославили Бога. 

 

----картинка линии разделения----

comintour.net
stroidom-shop.ru
obystroy.com